Бен ЭФФЛЕК

Бен ЭФФЛЕК: Я везучий человек

В новом фильме “Час расплаты” Бен Эффлек пополняет галерею персонажей Филипа К. Дика, которых до него играли Харрисон Форд и Рутгер Хауэр (“Бегущий по лезвию бритвы”), Арнольд Шварценеггер (“Вспомнить все”), Том Круз и Макс Фон Сюдов (“Особое мнение”). Герой Эффлека – кибергений Майкл Дженнингс – ворует новые технологии у крупных корпораций, а во избежание уголовной ответственности позволяет стирать свою память о работе.

Очередная работа Дженнингса оборачивается получением чека – от него, судя по всему, он отказался. Пытаясь узнать, что произошло, герой совершает удивительные открытия…


Бен ЭФФЛЕК

Бен ЭФФЛЕК

– Какие технологические новинки пугают вас больше всего?

– Сегодня по-настоящему страшными мне кажутся только генные технологии. Когда люди получают возможность выбирать пол ребенка, они невольно начинают задавать вопрос: “А что еще я хочу получить от своего отпрыска? ” Это звучит жутковато, и подобные технологии могут принести и много хорошего, и много плохого.

– Вы работали с разными режиссерами. Сильно ли отличается стиль Джона By от стиля голливудских режиссеров?

– Во-первых, я хочу подчеркнуть, что – это коллективный процесс, и этот принцип действует и в Голливуде, и в Гонконге. У нас был замечательный сценарий и гениальный режиссер – лучшего сочетания не бывает. Я давно хотел поработать с Джоном и готов был стать глиной в его руках. Я говорил: “(Укей, Джон, скажи мне точно, чего ты от меня хочешь – я это сделаю”. Мне хотелось снять “ Джона By”. Потому что я не раз сталкивался с режиссерами, которые говорили мне: “Как ты думаешь, из этого что-нибудь получится? Давай попробуй, если у тебя не будет проблем, мы снимем так, а если возникнут проблемы – поищем что-то еще”. А Джон – он всегда мыслит не только как постановщик сцены, но и как монтажер, он прекрасно знает, как будет использовать каждый кадр в процессе сборки. И актеру не нужно беспокоиться о тысяче разных вариантов.

– А что вы можете сказать о нем не с профессиональной, а с личной точки зрения?

– Он милый, славный человек. Когда смотришь его фильмы, представляешь себе режиссера-лунатика, размахивающего автоматом. Но на самом деле – милейший человек.

– Вы читали раньше оригинальный рассказ Филипа К. Дика, на котором базируется сценарий?

– Нет, рассказа я раньше не читал, и когда мне в руки попался сценарий, я решил, что это оригинальная , а не адаптация литературного произведения. Потом мне сказали, что в основу положены идеи Дика. Я прочитал рассказ и понял, что, хотя Дик и создал необычную концепцию, сценарист Дин Джоргарис сумел облечь ее в плоть и кровь, сделать злободневной и захватывающей. Рассказ был написан 50 лет назад и звучит очень современно. Дик был пророком – он предвосхитил то, что люди начнут создавать для себя альтернативные реальности, хотя в те годы никому в голову не приходило, что возникнет Интернет.

– В оригинальной истории Дика все заканчивается иначе.

– Да, мой герой был чокнутым гением и очень нехорошим человеком. И конец был ужасный. А в оригинальной версии “Бегущего по лезвию бритвы” герой Харрисона Форда – робот, и должен умереть, хотя он и главный герой. Реальность не имеет значения.

– Какой финал был в оригинальной версии сценария “Часа расплаты”?

– Я оказывался роботом. И финал получался скомканным и странным. Как в “Самородке” – не в фильме, а в книге, когда герой наносит удар и умирает.

– Вы будете сниматься во второй серии “Сорвиголовы”?


– Мне не хочется снова облачаться в красное трико. Сниматься в первом фильме было очень трудно, и порой я приходил в отчаяние. Если вы узнаете, что я согласился сниматься во второй серии, – значит, у меня отчаянное положение. (Смех). Наверное, мне не стоило этого говорить, потому что вы обязательно напомните мне эти слова, когда я буду рекламировать вторую серию! Я знаю, что они хотят снимать сиквел. Думаю, было бы интересно, если бы сценарий написал Кевин Смит. Я думаю, что продолжение этой истории должно быть еще более мрачным, в стиле графических романов Фрэнка Миллера. Если этим займется Кевин – я готов играть во всем, что он напишет. Но, насколько я знаю, сейчас они гораздо больше заинтересованы в фильме-ответвлении про Электру с Дженнифер Гарнер. Джен подписала контракт еще до съемок первого фильма, и сейчас они сосредоточились на ее героине.

– Прошлый год выдался для вас трудным: провалился фильм “Джильи”, расстроилась свадьба с Дженнифер Лопес.

– “Джильи” стал моим первым столкновением с тем, что называется “гигантским кассовым провалом”, но сегодня, к счастью, все осталось позади. Это всего лишь фильм. Актер не может сделать фильм успешным, если все остальное не срабатывает. Мы пять недель переснимали отдельные сцены. Я делал все, что было в моих силах, – и бесполезно. На каком-то уровне фильмы существуют в системе “да – нет”, “сработает – не сработает”. Но я считаю, что в этом сезоне снялся в одном неудачном фильме и двух удачных, которые компенсируют мне “Джильи”.

– Многие считают, что к фильму было слишком много внимания из-за вашего романа с Дженнифер Лопес.

– Наверное. Я стараюсь не обращать внимания на сплетни: мне кажется, что большинство людей все-таки понимают, что в таблоидах никогда не пишут правды. Мне хочется верить, что люди рано или поздно перестанут читать таблоиды и будут прислушиваться к журналистам, которые честно пишут на основе реальных фактов.

– Спасает ли вас чувство юмора?

– Меня спасает ощущение того, что я везучий человек. У меня очень хорошая жизнь, и я благодарен за это судьбе. Я понимаю, что Голливуд – это рынок, когда я перестану котироваться, меня выкинут за ненадобностью. Но я понимал это до того, как начал работать в этом бизнесе, ни на что не жалуюсь. Я знал, на что иду. Когда стало ясно, что “Джильи” получается не так, как нам хотелось бы, можно было бы отказаться и не делать пересъемок, не участвовать в рекламной кампании. Но мы все-таки старались, работали до конца, потому что мы профессионалы.

– Когда вы пришли на шоу Джея Лено с ворохом отрицательных рецензий и начали зачитывать их в прямом эфире, это было забавно.

– Я рад, что вам понравилось. Думаю, я ясно дал понять зрителям, что не стоит относиться к этому слишком серьезно. Не стоит умирать из-за того, что фильм не понравился тому или иному кинокритику. По правде говоря, рецензии были очень забавные, а люди, которые смотрят шоу Джея Лено, обычно не читают рецензий, вот я и решил немного приобщить их к современным направлениям критической мысли. Там были очень смешные фразы, я хотел, чтобы их услышала вся Америка.

– Расскажите о работе с Умой Турман?

– Она замечательная актриса. Меня привлекает в ней то, что мы примерно одного возраста, но она варится в котле славы гораздо больше меня. Она прославилась в 18 лет. Она снималась и в “Криминальном чтиве”, и в “Опасных связях”, и в “Мстителях”. Она видит перспективу гораздо глубже меня. И при этом Ума всегда сохраняет чуть-чуть озорное, несерьезное отношение к работе. “Давайте не забывать, что мы играем, а не работаем! ”

– Вы уже видели “Девочку из Джерси”?

– Да. На сегодня это самый любимый фильм из всех, где я снялся. Мне нравится “Час расплаты” – но нравится по-другому. А “Девочка из Джерси” – очень милая, душевная камерная история о простых людях.

– В этом фильме вы опять снимались с Дженнифер Лопес.

– Да, но Джен появляется только в первых 10-15 минутах фильма, а дальше начинается история взаимоотношений отца и дочери. Кевин Смит написал и снял удивительно чистый и целомудренный фильм. Я знаю, вы скажете, что Кевин Смит и целомудренность плохо сочетаются, но я говорю чистую правду.

– Вы видели спектакль “Мэтт и Бен”?

– Нет, это не для меня. Возможно, это прекрасный спектакль, и я желаю его создателям успеха, но сам я не собираюсь тратить время на поход в театр, где показывают пьесу о моей жизни. Я бы предпочел вообще не знать об этом. Это слишком странно.

– Вас удивляет шумиха вокруг браков знаменитостей?

– Нисколько. Я рад сообщить почтеннейшей публике, что мы с Мэттом Дэймоном собираемся пожениться на День Святого Валентина и проведем наш медовый месяц в Греции.

– Бен Эффлек и Ума Турман в фильме “Час расплаты”