Эффект Эштона Катчера

Герой молодежных комедий “Где моя тачка, чувак? ” и “Молодожены” переходит на драматическую стезю в своем новом фильме, фантастической драме “Эффект бабочки”. Герой фильма получает волшебную возможность возвратиться в прошлое и повернуть течение событий в иное русло – но последствия оказываются неожиданными.

Эштон Катчер тоже недавно столкнулся с неожиданными последствиями обычных поступков, когда роман с Деми Мур сделал его любимцем таблоидов и объектом бесконечных сплетен.

– Что привлекло вас в сценарии “Эффект бабочки” -возможность сыграть разные душевные состояния героя?

– Когда я прочитал сценарий, он мне очень понравился. Мы немного переделали его, точнее, слегка изменили финал, но по большей части сценарий остался таким же, как до запуска. Для меня эта стала метафорой современной жизни. Это , которая помогает нам лучше понять себя. Прежде чем подписать контракт, я разговаривал с режиссерами. У них было четкое ясное видение фильма, они очень хорошо представляли себе, что они хотят сделать стилистически и психологически, они знали даже, какую музыку будут использовать в отдельных сценах. Я решил, что должен принять участие в этой истории.

– О какой метафоре вы говорите?

– Герой не помнит душевной, травмы, перенесенной в детстве. Он словно “ослеп”, он исключил это событие из своего прошлого, он не хочет видеть, не хочет вспоминать насилие. Я подумал, что это потрясающая метафора состояния современного общества, которое сознательно “ослепло” и не видит насилия вокруг него. Происходят ужасные события, но мы их словно не видим, мы блокируем нашу память, мы словно говорим “это происходит не в моем мире – значит, этого не происходит вообще”.


– Вы имеете в виду войну в Ираке?

– Я имею в виду все акты насилия, происходящие и за рубежом, и в нашей стране. В фильме показан единичный акт насилия против детей. Все стараются забыть об этом, но в подсознании людей остаются шрамы. Поначалу кажется, что лучше всего вычеркнуть случившееся из памяти, но рано или поздно прошлое тебя настигнет, и тебе придется посмотреть правде в глаза. Герои фильма понравились мне тем, что они не пытались отвернуться от прошлого, они были готовы вступить с ним в поединок.

– По ходу фильма герой попадает в альтернативные реальности, вызванные его попытками изменить прошлое. Вы когда-нибудь задумывались о том, что какие-то поступки могли изменить вашу судьбу или вы никогда не сомневались, что станете кинозвездой?

– (Смех). Знаете, я как-то не задумывался об этом. Если отрешиться от метафор и перейти на реальный уровень, то придется признать, что изменение прошлого – опасная штука. Мы не знаем, чем это может обернуться. В фильме исследуются изменения, происходящие в узком кругу друзей, а на самом деле последствия могут распространяться, как волны, точнее, как круги по воде, задевая все более и более широкий круг людей и обстоятельств.

– В какой реальности вам было труднее всего играть вашего персонажа?

– Наверное, в самой первой, потому что в ней закладываются основные черты характера героя/Мне нужно было показать психологию за внешней оболочкой человека, который никого не впускает в свой внутренний мир, потому что его мозг блокировал травмирующие воспоминания, а подсознание стремится отгородиться от реальности. Поэтому я решил, что этот парень носит бороду, как своеобразный барьер между своим лицом и лицами других людей. Это еще один способ отгородиться от общения. Я долго искал его манеры, потому что они должны быть скупыми, минимальными. Он живет глубокой внутренней жизнью, и ее практически не видно снаружи. Сделать этого парня убедительным было труднее всего. Персонажи из других реальностей были всего лишь адаптацией героя к новым обстоятельствам.

– Есть ли актер, который вас вдохновляет?

– Керк Кэмерон, Майк Сивер. В детстве я мечтал стать Майком Сивером. Честное слово. С моей детской точки зрения, это была вершина актерской карьеры. Я ценю усилия актеров, которые пытались быть похожими на них, но понимаю, что это недостижимо. Я знаю точно, что никогда не смогу быть таким.

– Сильно ли влияет слава на вашу жизнь?

– Знаете, что забавно? Я снялся в “Эффекте бабочки” до того, как встретился с Деми. Я сфотографировался для обложки Rolling Stone до того, как встретил Деми, просто этот номер вышел одновременно с нашим знакомством. А передача “Прямой эфир в субботу вечером” вышла еще раньше, чем номер Rolling Stone. Co стороны может показаться, что все было специально подготовлено к определенному моменту, но на самом деле это случайность. К тому времени, когда шоу Punk’d начало привлекать внимание СМИ, я познакомился с Деми, мы начали проводить время вместе, и папарацци стали ходить за нами по пятам. Нравится ли мне, что не могу выйти на улицу, чтобы за мной не увязались фотографы? Нет. Думаю, это никому бы не понравилось. Это немножко страшно, но если вы спросите, хочу ли я снова оказаться в безвестности, отвечу отрицательно, потому что я хочу сниматься, получать хорошие сценарии с интересными ролями. Но если вы спросите, хочу ли я сниматься и получать хорошие сценарии с интересными ролями, но чтобы при этом никто меня не преследовал, я, конечно же, отвечу “да”. Но так не бывает. Всегда есть подвох. (Смех).

– У вас с Деми нет планов поработать вместе?

– Мы работаем вместе над нашей повседневной жизнью, и это самая трудная и интересная работа, какая только существует на свете.

– Все так ждали шоу Punk’d, и когда вы решили его не продолжать, многие ваши поклонники расстроились. Однако сегодня ходят слухи, что вы начали работать над новым телешоу. Можете о нем рассказать?

– Я начал работать над Punk’d после того, как закончил сниматься в “Эффекте бабочки”, а решил свернуть его перед тем, как мы устроили пресс-конференцию по поводу премьеры. Я увидел, что формат шоу был точно таким же, как все остальные молодежные программы. Мы сделали пробные выпуски, посмотрели, показали другим людям и пришли к выводу, что не можем сказать ничего нового в этих рамках. Я решил, что не буду продолжать этот проект, потому что мне сразу же стало скучно. Думаю, мы обязательно сделаем что-то другое. Нужно помнить, что зрители MTV очень требовательны и взыскательны, они не согласны ждать, пока шоу будет искать нужный формат, они сразу же переключатся на что-то другое. Такова суть юности. Если ты не можешь предложить зрителям ничего нового – лучше вообще не соваться.

– У вас очень широкие интересы – вы даже открыли свой ресторан, и он процветает.

– Да, я вчера ужинал там – очень неплохое местечко.

– Почему вы решили, что вам пора переключиться на драматические проекты?

– Я рассуждал немного иначе. Мне предложили испытать себя и сняться в фильме за 9 миллионов долларов. стоимостью 9 миллионов – не такой уж большой риск. Это не 100-миллионный проект, к которому приковано внимание всех голливудских аналитиков. На твоих плечах нет ответственности “открыть” 40-миллионными сборами в премьерный уикэнд. Я не знал, примут ли меня люди в драматической роли. Я знал только одно – мне нравится герой, и я чувствую, что в силах сыграть его убедительно. Если найдутся люди, разделяющие мою точку зрения, – замечательно. Их необязательно должно быть много. Если наш соберет 30 миллионов долларов, – это уже будет огромный успех. Компания получит прибыль, я получу возможность показать себя в ином жанре.

– Не страшно ли было работать с начинающими режиссерами?

– Не буду скрывать – я нервничал. Но они оказались отличными постановщиками. Они разрешили мне попробовать все, что мне хотелось, и когда получалось плохо, они так и говорили. Это лучший стиль взаимоотношений режиссера и актера.

– Есть ли в вашем прошлом что-нибудь, что вы хотели бы изменить?

– Я искренне верю, что поступки, совершенные в настоящем времени, могут изменять прошлое. Если в прошлом у вас что-то не получилось, вы можете попробовать изменить это в настоящем, и если вам это удастся, прошлое обретет иную перспективу и, следовательно, изменится с вашей субъективной точки зрения. А поскольку все в мире субъективно, – вы измените прошлое.

– Каковы ваши планы на будущее?

– Шоу “Мой новый лучший друг”. Есть такое английское шоу, оно получило несколько премий по разделу комедий, мы хотим почерпнуть оттуда кое-какие идеи и развить их на американском материале. Мы также работаем над новым шоу “Наперекосяк” (Snafu) для MTV. Пилотный выпуск, который написали Эрик Бресс и Мэкки Груббер, изначально предназначался для Fox. Я также продюсирую фильм “Обеденная вечеринка” (The Dinner Party) и буду сниматься в нем вместе с Берни Мэком. Есть еще парочка проектов.

– Как вы находите общий язык с дочерьми Деми Мур?

– Мы прекрасно поладили, я стараюсь помогать им, когда они сталкиваются с какими-то проблемами в жизни, ведь я сам недавно был в их возрасте.

– Вас не волнует разница в возрасте между вами и Деми?

– Меня не волнует ни возраст, ни статус Деми. Когда мы познакомились, я вообще не знал, кто она такая и как ее зовут. Мы проболтали полчаса, и я даже не знал, что разговариваю со знаменитостью. Это несущественно, потому что она в первую очередь умная, добрая, прекрасная женщина.

– Говорят, что вы вот-вот поженитесь, и даже делают ставки, что это произойдет в ближайшее время.