Вестминстерское аббатство

Королева и плейбой

Неужели их союз действительно по любви или всего лишь обоюдное соглашение во благо короны? Разговоры в прессе на столь щекотливую тему не умолкают и поныне. Елизавета и Филипп пережили вместе кризисы, семейные скандалы, его неравнодушие к женщинам и ее холодность. Вместе они идут рука об руку уже более 60 лет. Вот двух людей, которые поцеловались прилюдно только два раза в жизни.


Ноябрь 2007 года. В кафедральном соборе Вестминстерского аббатства переполнено от наплыва желающих своими глазами увидеть торжественную церемонию «бриллиантового» юбилея. Точно так же как и 60 лет назад, когда принцесса Елизавета и принц Филипп дали здесь клятву верности друг другу. Впереди шествуют три поколения монаршей семьи – дети и внуки венценосной четы, поодаль министры британского правительства, именитые зарубежные гост и… пары, которые заключили брак в один день с королевой.

Когда общий шум стихает и под сводами собора торжественно звучит орган, из центрального нефа к алтарю подходят королева Елизавета II и Эдинбургский Филипп. Они не идут под руку и не смотрят друг на друга взглядом, «исполненным любви». Величественно и невозмутимо шествуют к креслам и усаживаются.

Кажется, будто все происходящее вокруг их не касается. И такое поведение никого не удивляет: еще в молодости королева отмежевала личную жизнь от публичной. А с тех нор как она взошла на престол в 1953 году, все, что касается ее семьи, стало закрытой темой для посторонних. Елизавета решила: отныне ее личная жизнь не может быть достоянием общественности. И твердо придерживается этого правила. Не давая интервью.

В кафедральном соборе Вестминстерского аббатства

Оставаясь верной своим политическим убеждениям. Не комментируя поведение детей и внуков. И не говоря ни слова о муже, притом что Филипп – мужчина всей ее жизни, однажды и навсегда завоевавший ее сердце. На публике их никогда не видели обнимающимися. Когда 15 лет назад на Рождество герцог Эдинбургский Филипп неожиданно при всех чмокнул Ее Величество в щечку, снимок мгновенно стал сенсацией и облетел мир. Ведь это был первый публичный поцелуй королевской четы!

Во время официальной церемонии по случаю «бриллиантового» юбилея королева сохраняет положенную ей по статусу дистанцию – на шаг впереди Филиппа. И не в силах это изменить.

Мужчина всей жизни

Союз Елизаветы и Филиппа, наследницы английского престола и сына обанкротившегося греческого короля, нельзя назвать браком по расчету. Родители принцессы, король Георг VI и Елизавета, герцогиня Йоркская, желали, чтобы интерес дочери к молодому офицеру британского флота как можно быстрее угас. Однако высокий худощавый юноша в мундире пришелся по душе молодой принцессе, которая в силу своего высокого положения практически не могла контактировать со своими сверстниками – дети из королевского семейства получали домашнее воспитание и находились под неусыпным присмотром гувернанток.

герцог Эдинбургский Филипп

Бракосочетание Елизаветы и Филиппа 20 ноября 1947 года. Все хотели поближе рассмотреть свадебное платье принцессы, расшитое 10 тысячами жемчужин, но еще больше – ее мужа, который был кумиром молоденьких англичанок.

На правах дальнего кузена королевской семьи (у них с Елизаветой общие прабабушка и прадедушка – королева Виктория и принц Альберт) принц Греческий и Датский Филипп Маунтбеттен часто появлялся на дворцовых приемах, и когда оказывался рядом с юной принцессой, у той кружилась голова и мир вокруг переставал существовать. Статный и водный, англичанин до мозга костей, он родился на греческом острове Корфу, но вскоре в стране произошел государственный переворот и королевскую семью свергли с престола. Принц с матерью отравились в Париж, а его отец, греческий король Андрей, – в Монте-Карло, где беспечно прожигал состояние семьи, играя в казино.

Вестминстерское аббатство

Образованием Филиппа занимался его дядя, который оплачивал учебу сначала в частной британской школе, а позже в Королевском военно-морском колледже в Дартмуте. Именно там, в июле 1939-го, во время визита Георга VI с семьей 13-летняя Елизавета познакомилась со своим троюродным братом. Уже тогда гувернантка девочки заметила, что «Лилибет не могла отвести от него взгляда». Симпатичный 18-летний принц стал не только первым увлечением принцессы, но и любовью всей ее жизни. Зато королева-мать Елизавета и Георг VI восторженные симпатии дочери не разделяли и не скрывали, что желали для нес лучшей партии.

Ведь отец Филиппа, хоть и король, увы, заслужил дурную репутацию в высших аристократических кругах. Он не оставил сыну ни состояния, ни земельных владений – ничего, кроме родословной и кольца с печаткой. За глаза о нем говорили: плейбой и мот. Окружение королевы-матери недоумевало: каким примером мог служить такой отец для сына? Однако был еще один щекотливый нюанс в отношении Филиппа: его сестры были замужем за немецкими офицерами. Разве может британец одобрить такого кандидата на руку наследницы трона? Эти мучительные вопросы не давали покоя королеве и лишали ее сна.

Однако дискуссии с Елизаветой по поводу ее выбора были бесполезны: она не слышала ни доводов, ни увещеваний. Когда речь заходила о Филиппе, покорная воле родителей принцесса становилась упрямой и не принимала советов. Может, потому, что с появлением Филиппа в ее жизни она наконец узнала, что значит жить по-настоящему? Ведь с ним посещала спектакли и музыкальные вечера, с ним подобно героям популярного в 34-е годы фильма «Мост Ватерлоо» танцевала под чудную мелодию вальса «Гаснущие свечи».

Ее щеки вспыхивали румянцем, когда Филипп негромко напевал «А если это ?», и она от души смеялась над его остротами. И собственно, именно рядом с ним принцесса поняла, что в жизни есть не только обязанности. Филипп помог ей раскрыться. Как оказалось, у Елизаветы все в порядке с чувством юмора, она нормально реагирует на порой смелые шутки и не совсем пристойные песни. Кто бы мог поверить, но задолго до появления в свете принцессы Дианы именно Елизавету называли «королевой сердец» и любимой всеми «девушкой из соседнего двора».

Семейная идиллия

Когда Филипп объявил о своих чувствах, венценосные родители, не желая очередного скандала, уступили и благословили брак дочери. (К счастью, как оказалось позже, сомнения на счет принца оказались беспочвенными). Все два года после Второй мировой войны британцы мечтали отвлечься и забыть то страшное время, поэтому грядущее свадебное торжество в королевском семействе стало прекрасным поводом, чтобы люди воспрянули духом.

В Филиппа были влюблены сотни девушек и безумно ревновали его к принцессе. Они разрывали на части снимки, напечатанные в газетах по поводу официальной помолвки пары, оставляя у себя половинку с драгоценным изображением своего кумира – в послевоенной Англии практически каждая девушка мечтала видеть себя рядом с принцем. Вот почему 20 ноября 1947 года под стенами Букингемского дворца собрались сотни тысяч лондонцев, которые с нетерпением ждали появления на балконе молодой пары. Елизавете и Филиппу пришлось трижды выходить на балкон, прежде чем удовлетворенная толпа их отпустила.

С герцогиней Александрой, с которой Филипп до сих пор может подолгу обсуждать прочитанные книги

Первые годы их супружества казались идиллией. Большую часть времени они проводили на Мальте – там находилась база морских войск, где служил Филипп. Молодожены наслаждались обществом друг друга, тогда Елизавета еще не была обременена королевскими обязанностями. Принцесса вела дом, общалась с женами других офицеров, собираясь с ними на традиционный файв-о-клок с булочками и апельсиновым джемом. В 1948-м у супругов родился первенец, которого назвали Чарльзом, а спустя полтора года на свет появилась Анна. Безмятежная пора длилась четыре года. А потом вес изменилось: умер король Георг VI и на британский трон взошла Елизавета II. Она прекрасно понимала, что отныне для нее на первом месте – ее королевство. Даже ценой личного счастья. Этому ее учили родители.

На шаг позади

Первый серьезный кризис в отношениях Елизаветы и Филиппа возник сразу же посте коронации. По-видимому, принц не до конца осознавал, что значит на наследнице трона. Его военную карьеру вдруг перестали брать в расчет. Да и с ним самим перестали считаться. Во всяком случае, ближайшее окружение королевы. И герцог Эдинбургский (этот титул Филипп получил, став мужем Елизаветы) с молодой женой вернулся в Лондон. Но самым сложным и невыносимым для него был тот факт, что он не равноправный партнер в их союзе, а лишь муж своей венценосной супруги, принц-консорт. Согласно протоколу, Филипп во время официальных приемов должен был находиться на шаг позади королевы. И он чувствовал себя аутсайдером, а ведь Филипп всегда и во всем хотел быть первым, и это задевало его самолюбие.

Королевская чета на торжественной мессе в соборе Вестминстерского аббатства в честь годовщины их % «бриллиантовой» свадьбы. Здесь же 60 лет назад состоялась свадебная церемония Елизаветы и Филиппа. В первом ряду за королевой и герцогом Эдинбургским стоят принц Уэльский Чарльз, его жена Камилла и двое его сыновей – принцы Уильям и Гарри.

Поначалу даже их дети не могли носить фамилию отца – Маунтбеттен. И Филиппа это все больше и больше раздражало. «Я единственный человек во всем Соединенном Королевстве, который не может дать свою фамилию родным детям», – сокрушался герцог, резко реагируя на насмешки придворных за своей спиной.

Однако, несмотря на груз обязанностей и государственных дел, Елизавете было совсем небезразлично, в какой ситуации находится ее муж. Поэтому, выступая на официальных приемах, вместо положенного по протоколу «мы» королева говорила «мой муж и я», стараясь польстить мужскому самолюбию. А в 1960 году, после рождения принца Эндрю, названного Елизаветой в честь отца Филиппа, она объявила, что отныне ее дети будут носить двойную фамилию Маунтбеттен-Виндзор. И все для того, чтобы хоть как-то поднять дух герцога.

Между собой же супруги заключили негласный договор – она управляет державой, а он решает все вопросы, касающиеся семьи и детей. Елизавете некогда было заниматься воспитанием сыновей и дочери. Именно Филипп выбрал школу для Чарльза, считая полезными для него жесткие, спартанские условия, принятые в Гордонстоуне. Также герцог настоял, чтобы их сын Эдвард стал военным (сам же принц до сих пор считает тот период своей жизни самым тяжелым). А позднее никто иной как отец склонил Чарльза к женитьбе на принцессе Диане. Он, а не королева, как многие думают. Филиппу всегда нравились эффектные женщины, и он сразу обратил внимание на 18-летшою принцессу – у той было все, что нравится мужчинам. Высокая худощавая, чуточку робкая – Диана Спенсер пришлась ему, знатоку женской красоты, по вкусу. Кстати, такой тип женщин будет неоднократно мелькать в жизни герцога.

Неофициальная история

Об изменах герцога Эдинбургского нет ни одного подтвержденного сведения. Это официально, а неофициально – у британцев на сей счет давно свое мнение. «Он был слишком привлекательным, поэтому женщины не могли не обращать на него внимания», – в один голос утверждают биографы королевской четы. Большинство опрошенных секретарш, в разное время помогавших Филиппу в его общественных делах, связанных с благотворительностью и спортом, откровенно признавали его очень сексуальным: «Прекрасно танцует, умеет занять беседой. С собственным, весьма оригинальным мнением по многим вопросам. Кроме того, все делает так, чтобы каждая женщина рядом с ним чувствовала себя, будто выиграла миллион фунтов стерлингов».

Что касается королевы, то для нее склонность мужа к мирту не была тайной. Более того, даже в присутствии Ее Величества Филипп не скрывал, что получает истинное удовольствие, когда красивая знатная дама появляется в стенах Букингемского дворца. Однако для всеобщего спокойствия (сохранения брака и пресечения малейшего скандала) Елизавета этого старалась не замечать. И поступала мудро, не устраивая мужу сцен ревности. Она прекрасно понимала, что не в состоянии уделять супругу столько времени, сколько необходимо, поэтому была снисходительна к его слабости. Понимала, что Филипп нуждается во внимании, а в обществе женщин моложе себя расцветает. И закрывала глаза, желая верить, что муж никогда не переступит границ дозволенного.

Как же обстояли дела на самом деле? У Филиппа всегда была масса «приятельниц». Леди Ромси, с которой он познакомился на матче по конному поло и вел продолжительные беседы по телефону (некоторые из них были даже записаны!), леди Джейн, герцогиня Уестермор, герцогиня Александра, жена лорда Толлемаха, актрисы Анна Массей и Мерли Оберон. Поговаривали, будто Филипп даже прибегал к услугам знакомых актеров для организации тайных сходок, во время которых хотел выглядеть «круто». Правда это или нет, нам остается только гадать. Хотя сам герцог не спешил опровергать сплетни по поводу своих многочисленных романов и даже отпускал шуточки на эту тему. Неизвестно, после донесений ли доброжелателей королева захотела иметь свою отдельную спальню, или это произошло намного раньше?

Разумеется, королевский двор на сей счет хранит молчание.

Две стихии

«Герцог Филипп – единственный, кто воспринимает королеву как обычного человека. И относится к ней не только как к королеве, но и как к женщине и жене. А она ценит это. Зато только Елизавете позволительно сказать

Филиппу: «Замолчи!», – говорил когда-то лорд Маунтбеттен, отвечая на вопрос, чем объясняется столь продолжительный брак монаршей четы. И в качестве примера приводил историю, как однажды венценосные супруги отправились куда-то на машине, которую вел Филипп, и Елизавета вес время твердила, что тот стишком быстро едет. Герцог выслушал тираду с ледяным спокойствием до конца, а потом заметил, что если еще раз услышит что-нибудь в этом роде, то высадит ее из машины и оставит на обочине. Но Елизавету резкие слова супруга не смутили: «Он мой муж, и я знаю, что, если скажу хоть слово поперек, он действительно это сделает».

Поцелуй королевской пары на публике. Впервые за 60 лет! Однако и повод был соответствующий: человечество отмечало наступление нового тысячелетия – Миллениум! 31 декабря 1999 г.

Возможно, такой контраст между положением Елизаветы в обществе и семье делал ее все это время счастливой. Вообще,

Елизавета и Филипп, как огонь и вода. Он абсолютно непредсказуемый, она же, напротив, всегда собранная, педантичная, с четким планом предстоящих дел. Всегда была не по годам зрелой и мудрой, во всем стремилась быть лучшей. И такой же осталась, став королевой. Филипп по характеру нетерпеливый и взрывной, он так же быстро остывал. И хотя мало походил на мыслителя, тем не менее, таковым являлся. Он собрал огромную библиотеку (около 11 тысяч книг), зачитывался Юнгом, поэзиями Томаса Элиота, трагедиями Шекспира.

Главной страстью королевы всегда были лошади, и она сама была прекрасной наездницей. Поэтому в свободное время чтению предпочитала верховую езду или возилась с любимыми собачками породы корги. Филипп часто шутил, мол, если ты не пес и не лошадь, то вряд ли можешь рассчитывать на внимание и благосклонность Ее Величества. Однако и герцог был неравнодушен к лошадям. Он любил игру в поло и скачки. Так же, как и королева. Только в Асконе, куда ежегодно съезжается знать на королевские скачки, можно увидеть, как оба сбрасывают маски и азартно подбадривают своих любимцев.

Елизавета, в отличие от своего мужа, очень религиозна и супружеская клятва для нее – нерушимая святыня. Может быть, это и позволило им пережить тяжелые моменты в жизни? А возможно то. что Елизавета и Филипп – просто большие друзья, которые могут часами беседовать друг с другом на любые темы.

Когда королеве нужно самой уехать по делам государственной важности, время, когда она звонит мужу, становится важнейшим пунктом в ее протоколе. Их сблизила смерть королевы-матери и родной сестры Елизаветы, Маргарет, в 2002 году. Королевский биограф Роберт Лейси видит секрет их удачного брака в том, что «у каждого из них было негласное право на собственную, отдельную от супруга частную жизнь». По случаю круглой даты царствования королевы Филипп публично признал, что Елизавета необычайно толерантна, та же в ответ поблагодарила его, сказав, что муж всегда был для нее главной опорой и поддержкой. И возможно, эти слова признания значат куда больше, чем открытость чувств, которые, по мнению королевской четы, не принято обнажать публично.