Мадам де Морсоф

Руссо и Констан не знали своих матерей, Стендаль лишился матери, когда ему было семь лет. Бальзака мать отправила к кормилице в деревню и изредка навещала его в течение четырех лет. Потом, когда он вернулся домой в Тур, ни она, ни ее муж не баловали его вниманием. Если верить его воспоминаниям, он вырос в холодной атмосфере страха и равнодушия, что, вероятно, надолго задержало его психологическое развитие. История о детстве без любви, описанная в романе «Лилия долины», дышит печалью. Бальзак, как и Диккенс, был мастером описывать крайне эгоистичных взрослых и несчастных детей.

Молодой герой романа «Лилия долины» восклицает в муках: «Какой физический или моральный порок стал причиной холодного отношения ко мне моей матери?.. Когда, проведя три года в деревне у кормилицы, я вернулся под родительский кров, со мной так мало считались, что люди смотрели на меня с состраданием».


00119b6yНеуверенный в себе, недоверчивый и одинокий, наш герой проводит восемь лет в католическом пансионе, чувствуя себя и здесь «отверженным», как и в родительском доме. Отец давал ему всего три франка в месяц на карманные расходы, а другие мальчики могли позволить себе игрушки и сладости и пользовались прочими знаками родительской щедрости. Даже когда он заработал две самые главные школьные награды, ни мать, ни отец не удосужились прийти на церемонию награждения. В пятнадцать лет его отправили в Париж, где он жил под присмотром чопорного буржуазного семейства, пока учился в лицее Карла Великого. Здесь он тоже страдал от безразличия своих родителей и чувствовал себя еще несчастнее, чем прежде. Как и у большинства подростков, пробуждение чувственности не находило себе выхода. Даже когда ему исполнилось двадцать лет, он все еще мучился от подавляемого желания: «Я по-прежнему был маленьким, тощим и бледным… с телом ребенка и мыслями старика».

Читателю нужно помнить о том, что предшествовало возмужанию героя. Когда Феликс возвращается домой в Тур, мать по-прежнему относится к нему как к «недостойному сыну». Тем временем политическая обстановка резко изменилась: Наполеон низвергнут, происходит реставрация монархии, Бурбоны возвращаются к власти. Феликсу как члену роялистской семьи предоставляется возможность присутствовать на балу в честь Людовика XVIII. У него появляется приличная одежда, на балу он оказывается в обществе элегантной женщины. Потрясенный столь существенными переменами в своей судьбе, он чувствует себя «словно соломинка, сносимая водоворотом». В шуме бала он ищет тихого местечка и опускается на уединенную скамью, как «дитя, дремлющее в ожидании матери». К нему спиной на скамью присаживается женщина. Он очарован запахом ее духов, белизной шеи и плеч, он принимается целовать ее спину, «словно ребенок, прижимающийся к материнской груди». Женщина страшно удивлена. Она удаляется, «ступая, как королева». Словно очнувшись от забытья, он вдруг осознаёт всю нелепость своего поведения.

С тех пор Феликс принимается искать эту женщину с прекрасными плечами и завораживающим запахом духов. Как и должно было случиться в романе, он находит ее почти мгновенно и совсем случайно. Мадам де Морсоф живет со своим старым мужем и двумя малолетними детьми за городом, в поэтичном местечке Турень. Лицо ее так же прекрасно, как и спина, и все вместе в точности совпадает с тем, о чем мечтал Феликс: в его сознании ее образ вызывает представление о небесном Ангеле. Именно такой она и останется для него до конца романа, хотя она, несомненно, женщина из крови и плоти. Мадам де Морсоф, которую в узком кругу называют Анриеттой, создана для материнства и святости так же, как другие созданы для спорта, бизнеса или любовных утех. Она называет Феликса ребенком и обращается с ним как мать. Они ведут возвышенные разговоры, их души витают в облаках, возносясь на крыльях платонической любви. Обычно Феликс не нарушает «ангельских» отношений, довольствуясь тем, что целует ей руку. Он говорит себе: «У меня нет иных желаний, как только любить Анриетту».

Феликс будто возвращается в детство, переживая в двадцать лет , которой был лишен, когда был ребенком. Однако он уже давно не ребенок и не может подавить в себе желания взрослого мужчины: «Во мне жили два чувства к ней, и то одно, то другое выпускало тысячу стрел желания».

Так проходят долгие шесть лет жизни в покое и неге платонической любви. Но однажды Феликс поддается на соблазнительные уловки одной решительной англичанки – леди Дэдлей. У нее есть муж и двое сыновей, но это не мешает ей искать любовных удовольствий вне брака. Теперь Феликс занимает высокое положение в свете как личный секретарь короля Людовика XVIII. Он должен быть доволен судьбой, ведь всем известна его связь с этой страстной женщиной, хотя он по-прежнему привязан к своей целомудренной возлюбленной, как нежный сын к любящей матери. Но, разумеется, он недоволен. Свое состояние он объясняет Анриетте так: «Ты для нее недосягаема, она – земная женщина, дочь падшего человечества, а ты – дочь небес, обожаемый Ангел». Он говорит ей о том, что леди Дэдлей знает, что его душа принадлежит Анриетте, а ей – только его плоть. «…Все для тебя – чистая моя любовь, душа, мысли, молодость и старость, для нее же – желания и наслаждения мимолетной страсти».

Бальзак словно делит женщин на два типа: Мадонны и блудницы, каждый из которых отвечает разным свойствам человеческой натуры. Первый тип воплощается в образе француженки, а второй – в образе англичанки, что позволяет чрезмерно возвысить французскую женщину за счет ее английской соперницы. Бальзака даже нередко обвиняли в шовинизме, поскольку он славился безапелляционностью суждений.

В конце романа Анриетта должна погибнуть, поскольку Ангелу нет места среди людей на грешной земле. Остальное оставляю вашему любопытству. Из письма, которым заканчивается роман, написанного Феликсу некой Натали, мы узнаем, что Бальзак совсем не согласен с мнением и поступками своего героя. Как бы искренне ни отождествлял себя Бальзак с юным Феликсом, как бы ни идеализировал ангельский образ матери, он на правах автора бранит своего героя за нежелание взрослеть. Натали, новая возлюбленная Феликса, пишет ему, что он способен «ощутить себя счастливым только с призраком». Она не собирается занимать опустевшее место Анриетты или леди Дэйдлей. И Феликс де Ван-денес оказывается выброшенным из жизни в эмоциональный вакуум, где нет места любви. Он все еще страстно любит женщину, которая не только утолила бы его тоску по матери, но и удовлетворила бы потребность в любовнице-жене. С Феликсом читатель встретится вновь на страницах девяти романов Бальзака, входящих в эпопею «Человеческая комедия». Это цикл романов, объединенных образами героев, местом действия и временем, когда разворачиваются события, участниками которых становятся персонажи.

Возможно ли, чтобы какая-нибудь современная женщина примерила на себя образ матери, созданный для удовлетворения психологических потребностей мужчины? Как женщина и мать, я не ощущаю родства ни со страстной Элеонорой, ни с благодушной Анриеттой. Пожалуй, только мадам де Реналь представляется реальным персонажем, чьи колебания, тревоги, эмоциональные порывы и желание мимолетного счастья можно объяснить ее возрастом и страхом потерять любимого, причем и ее беспокойство о детях и муже тоже вполне правдоподобно. Стендаль охотнее, чем любой другой писатель, наделяет героиню доверчивой женской душой. Возможно, происходит это потому, что он сохранил обрывки воспоминаний о живой матери, и ему не приходилось придумывать то, о чем он не имел ни малейшего представления.