Первые врата

Когда человек впервые познаёт свое истинное «Я», нечто иное поднимается из глубин его существа и овладевает им. Это нечто вне ума, оно бесконечно, божественно и вечно.

Рамана Махарши


В 1937 году, в возрасте 34 лет, бандит Гопи Кришна испытал спонтанное духовное пробуждение. В течение последних семнадцати лет у Кришны вошло в привычку каждый день вставать до рассвета и проводить несколько часов в спокойном размышлении о «воображаемом лотосе в макушке его головы».

После пробуждения Кришна страдал от ряда психологических проблем и временами думал, что сходит с ума, – пока наконец, спустя примерно 12 лет после пробуждения, он не вошел в состояние экзальтации и счастья, которые невозможно описать.

В 1977 году, в возрасте 29 лет, Экхарт Толле, много лет страдавший депрессией и тревожностью, проснулся в состоянии ужаса и сильнейшего страха». Глубинная эмоциональная травма, которая сопровождала это событие, оказалась катализатором духовного перерождения Толле. Следующие пять месяцев Экхарт «жил в состоянии ничем не нарушаемого глубокого умиротворения и блаженства, после чего интенсивность его несколько уменьшилась». Следующие два года он провел, «сидя на парковых скамейках в состоянии необыкновенно сильной радости».

Эти два опыта кажутся не связанными друг с другом. Духовное пробуждение Кришны вроде бы опиралось на дисциплинированную медитацию, в то время как трансформация Толле, похоже, была вызвана депрессией и тревожностью; однако у них действительно есть одна общая черта. Если перефразировать Махарши, «нечто поднялось из глубин их существа и овладело ими». Это «нечто» называется кундалини.

Если бы нам удалось спросить Гопи Кришну, как лучше всего пробудить кундалини, он, возможно, велел бы нам сидеть в падмасане и медитировать на сахасрара-чакру в течение семнадцати лет. Несомненно, многие пытались подражать ему, но, насколько я знаю, никому не удалось преуспеть.

Духовное пробуждение всегда включает в себя факторы восприимчивости, на которые трудно рассчитывать. Как Гопи Кришна пробудил кундалини и почему ему потребовалось для этого так много времени? Он почти ничего не говорит нам о событиях или обстоятельствах, которые непосредственно предшествовали его трансформации. Семнадцать лет дисциплинированной медитации – в его случае – могли сыграть свою роль; но почему так случилось именно в этот день?

В своей книге «The Power of Now» Экхарт Толле рекомендует нам направить фокус внимания на сейчас, таким образом создавая брешь в потоке мыслей. Обостренно осознавая текущий момент, мы, предположительно, входим в состояние внутренней связи, в котором становимся более бдительными и пробужденными, чем в состоянии, отождествленным с разумом. Это, по словам Толле, и есть сущность медитации.

Кришна и Толле рекомендуют техники, разработанные для создания бреши в потоке мыслей. Эти методы были производными устоявшихся духовных практик, возраст которых насчитывает тысячи лет. Однако, к несчастью, медитация как таковая, или медитация сама по себе, не приведет к духовному пробуждению. На свете есть искушенные практики медитации, которые способны заглушать мысли на длительные периоды времени – или, подобно философу Кену Уилберу, даже вызывать неврологическое состояние, имитирующее гибернацию (зимнюю спячку), не переживая при этом духовного перерождения.

Все традиционные духовные космологии обосновывают свои недостатки, либо наделяя особым статусом тех, кто благодаря удаче или случайности каким-то образом умудряется пробудить кундалини, либо путем изобретения надуманных иерархий, основанных на таких концепциях, как карма, благодать, духовная эволюция или личностный рост.

Любопытно, что Толле, кажется, не занимался никакого рода садханой до своего духовного перерождения. Иными словами, Толле не следовал инструкциям, которые он дает в своей книге «The Power ofNow», и сам собой напрашивается вопрос: смог бы Толле вызвать духовную трансформацию, следуя своим собственным инструкциям?

Ответ, вероятно, нет: Толле был депрессивной личностью и верил, что к духовному перерождению его привела депрессия. Если бы он выполнял рекомендации «The Power of Now», это свело бы к нулю все преимущества, которые дала ему депрессия. Именно депрессия Экхарта, а не «The Power of Now» привела к спонтанному эмоциональному кризису, который предшествовал его трансформации.

Только Кришна может указать на историю духовной дисциплины, которая – как кажется, пусть хотя бы на поверхностный взгляд – привела его к пробуждению; но даже Кришна не сумел прозреть его истинную причину. Йога Кришны была не самым существенным фактором его пробуждения, и тот факт, что он был практиковавшим самоконтроль и дисциплину человеком, способным на столь полное владение собой, на поверку оказался источником проблем, поскольку это лишало его способности сдаться и усугубляло боязнь утратить контроль над собой.

Истинной проверкой любого опыта является его повторяемость. Ценность любого наставления определяется тем, ведет ли оно к просветлению. Миллионы людей страдают от ментального дистресса, депрессии и ярой ненависти к себе, еще больше на свете практикующих медитацию, но такие переживания или практики крайне редко приводят к самореализации – а точнее, почти никогда.

Из практики медитации можно извлечь огромные личные выгоды; но духовного перерождения не случается, если только «я» не возрастает настолько, чтобы заполнить брешь между нашими мыслями. Дисциплинированная медитация на протяжении многих часов не только не обязательна, но может оказаться и контрпродуктивной. Дело не в количестве затрачиваемых нами усилий, а в том, когда они затрачены.