В декабре 1980 г. под давлением ультраправых военных было запрещено проведение праздника газеты бразильских коммунистов «Воз да унидади». Реакционное крыло военной верхушки воспользовалось этим для дальнейшего нагнетания антикоммунистической истерии. В такой обстановке репрессивные органы режима заявили, что до окончания президентского мандата Фигейреду компартия не будет легализована.

Тем не менее в январе—феврале 1981 г., во время официальных визитов во Францию и Португалию, президент сделал ряд заявлений по внутриполитическим вопросам, подтверждающих его приверженность курсу на либерализацию. Большой резонанс получили слова о готовности правительства к диалогу со всеми оппозиционными силами, включая и коммунистов35. Хотя эти заявления носили весьма расплывчатый характер и были предназначены прежде всего «на экспорт», т. е. для создания благоприятного представления о бразильском правительстве в либеральных политических кругах Западной Европы, в самой Бразилии они произвели впечатление разорвавшейся бомбы. Немедленно активизировалась оппозиция, последовала целая волна разоблачений по поводу участия военных репрессивных органов в пытках и преследованиях демократов. Такое развитие событий крайне болезненно восприняли военные «верхи», значительная часть которых в годы диктатуры была непосредственно причастна к репрессиям. В результате «военная корпорация» в целом быстро «качнулась» вправо.

Уже в середине февраля 1981 г. министры—командующие видами вооруженных сил выступили с обвинениями оппозиции в подрыве политики либерализации. Бразильская печать расцепила эти заявления как «красный сигнал» на пути демократических преобразований, как свидетельство нового резкого обострения внутриполитической обстановки36. Сдвиг значительной части военной верхушки «вправо» в начале 1981 г. почти тотчас же вызвал новый подъем активности ультраправых террористических группировок, стремящихся путем эскалации насилия запугать население, создать в стране атмосферу хаоса и заставить правительство свернуть процесс перемен. Напряженность достигла максимума после того, как во время попытки организовать террористический акт на массовом митинге демократической общественности по случаю дня 1 Мая в Рио-де-Жанейро один из агентов армейской службы безопасности погиб, а другой был тяжело ранен собственной бомбой.

Правительство Фигейреду впервые получило явные доказательства причастности военных верхов к право- террористической деятельности. Оно оказалось перед выбором: либо довести до конца расследование, что означало бы либо сильнейший удар по репрессивным органам режима, фактический разрыв с влиятельной военно-политической группировкой «жестких», а также возможность серьезно углубить процесс демократических перемен, либо еще раз пойти на компромисс с ультраправыми и затормозить либерализацию. Последнее было чревато быстрым объединением и усилением оппозиции. Фактически эта альтернатива начала складываться еще в середине 1980 г., но после «эпизода Риосентро» выбор стал для правительства неизбежным.

Б армейской верхушке в этой связи произошло размежевание сил. Наиболее последовательные приверженцы курса на либерализацию во главе с идеологом режима Голбери ду Коуту-э-Силвой выступили за паказание виновных и серьезные меры в отношении.нраво- экстремистской военной группировки. Другая влиятельная часть военного командования, прежде всего командующие армиями, резко. воспротивилась проведению гласного расследования. Правительству пришлось лавировать. Пытдясь сохранить хотя бы. видимость единства военных, не допустить открытого раскола, оно вновь пошло на компромисс, на деле означавший серьезную уступку ультраправым. Несмотря на настоятельные требования подавляющего большинства политических партий и общественности, расследование «эпизода Рио- сентро» фактически так и не было доведено, до конца. Правительство и консервативные военные пришли к молчаливому соглашению «забыть» этот случай. На практике это означало и негласное решение «верхов» затормозить, «заморозить» сам процесс демократических преобразований в обмен на прекращение правыми террористической деятельности.

Надо сказать, что такое развитие событий не было случайным или неожиданным. В условиях нарастающей политической напряженности, экономических трудностей, ширящихся выступлений демократических сил, усиливающейся борьбы трудящихся правительство Фигейреду не могло продолжать прежними темпами курс либерализации без риска утратить контроль над ситуацией в стране. Не желая идти на подобный риск, правящие круги предпочли компромисс с правыми военными кругами и замедление хода преобразований.

Так завершился первый этап либерализации в Бразилии (конец 1978—середина 1981 г.). Его «заключительным аккордом» стал уход в отставку в июле 1981 г, основного «архитектора» данного^ курса — Голбери ду Коуту-э-Силвы. Если конец 70-х — начало 80-х годов, когда разворачивался первый этап либерализации, были временем бурного роста демократических сил, то е середины 1981 г. наступило время «подтягивания тылов» в развитии этого процесса. Правительство пыталось стабилизировать состояние экономики и тем самым обеспечить базу для продолжения своего курса.

Хотя в этой области были достигнуты некоторые обнадеживающие результаты (объем экспорта увеличился в 1981 г. на 15,7%, а положительное сальдо внешней торговли впервые достигло 1,2 млрд долл.), обнаружились и крайне тревожные явления. Впервые ва послевоенные годы в 1980 г. существенно еократился объем промышленного производства. Правительству не удалось справиться с ростом внешней задолженности, безработицы, массового недовольства трудящихся своим экономическим положением. Продолжала расти инфляция. Это предопределило сохранение высокого уровня социальной напряженности как серьезной угрозы режиму на ближайшее будущее. В частности, резко обострилась классовая борьба в бразильской деревне. Последовала целая волна захватов безземельными крестьянами-поссейрос * помещичьих латифундий. Это вновь привлекло внимание широкой бразильской общественности к нерешенности аграрной проблемы. Правительство было вынуждено предпринять ряд шагов для смягчения напряженности в деревне, и в октябре 1981 г. был обнародован очередной, на этот раз довольно широкий законопроект об аграрной реформе.

Наряду с поисками решения многочисленных экономических проблем страны, с маневрированием в социальной области с середины 1981 г. все более пристальное внимание как правящих кругов, так и широких демократических сил стала привлекать проблема предстоящих в ноябре следующего, 1982, года парламентских, муниципальных и губернаторских выборов. От их результатов — и это хорошо понимали и в правительственных, и в оппозиционных кругах — зависело многое в дальнейшем развитии процесса демократических перемен.