Этот вопрос задавал еще в 1934 году талантливый исследователь и один из организаторов советского палехского искусства. После глубокого анализа десятилетнего творчества палешан в книге «Искусство Палеха» он писал: первые 4-5 лет — быстрый рывок вперед. Это — усилия старшей фаланги мастеров. Дальше их развитие пошло более замедленными темпами. Второе поколение — уже слабее. Третье — еще слабее. У молодежи — слишком много творческого смирения и мало молодой инициативы, творческой дерзости.

«Если перед Палехом в целом стоит опасность маньеризма, то перед его молодыми поколениями — опасность эпигонства»,- предупреждал профессор.

Подобные сомнения были не у одного. Заслуженный деятель искусств РСФСР Михаил Порфирьевич Сокольников, всю жизнь посвятивший развитию декоративно-прикладного искусства, также сыгравший большую роль в развитии творчества палешан, недавно сделал такое признание:

«Одно время казалось, что Палех исчерпает себя старыми именами и что новым поколениям палешан трудно будет заменить их предшественников» .

По-видимому, к этому были основания. В конце 30 и 40 годах появились тенденции этакой легкости, безмятежности, бездумности в содержании художественных миниатюр, попытка оставить палехское искусство в русле сказок и былин. Были и другого рода качания — забвение многовековых традиций древних художественных письмен, желание столкнуть палешан.

Но Палех преодолел невзгоды. Он не стал ни на тот, ни на другой путь. Он нашел свою дорогу необыкновенного взволнованного реализма, соединяющего жизнь и сказку. Старшее поколение подготовило достойную смену. Молодежь усвоила как раз ту. необходимую декоративному искусству черту — вдумчивость. Творческие разработки композиций молодых мастеров глубоко идейны. В этом отношении новые поколения художников сделали шаг вперед.