Я невольно вдумываюсь в слова песни и вдруг вижу ее: красивый закат солнца, улица, похожа и на нашу, где мы жили раньше, и на палехскую, вся в зелени. По дороге идет парень с гармонью, такой «страдающий», чувств много, грудь полна переживаний, а высказать не может ничего. Я вижу его страдальческие глаза, они темно-голубые. А песня Исаковского вся у меня внутри, звучит и не уходит: она очень образная, чуть-чуть шутливая с мягким юмором, теплая, лирическая. В ней многое от русской народной песни. Воображение рисует другой персонаж — девушку, милую, простую и немного лукавую…

Кисть просится в руки. В черном лаковом зеркале парень и девушка уже выглядывают, и даже кажется — подмигивают друг другу…

Художница смотрит на пластину с рисунком и говорит:

— Часто пишут про наши вещи, что они красивы. По-моему, это слишком общее и поверхностное определение. По-своему гениальны произведения Ивана Ивановича Голикова и Ивана Петровича Вакурова. А ведь это два разных художника. И тот и другой в миниатюры вложили свою душу, свой характер, свое я. У Голикова — вихрь, у Вакурова — глубокая страсть переживаний. Без души художника не может быть и творчества.

Тамара Ивановна задумывается, смотрит в окно и продолжает мысль о своеобразии творчества.

— Художник не может быть поклонником неопределенных мест. Ему нужен свой край. Не знаю, что получилось бы из моих композиций «Катюша», «Провожание», рисуй я их где-то в другом месте. Здесь все — и берега нашей Палешки, и люди, которых я знаю с детства, и палехский стиль живописи — помогают выразить песню зрительно, условность нашего изображения дает возможность придать определенный ритм самой композиции.