Одно из наиболее популярных произведений о Граале — это средневековая германская эпическая поэма «Парсифаль», написанная баварским поэтом Вольфрамом фон Эшенбахом между 1200 и 1216 годами. Хотя, как признает сам Эшенбах, эта история была придумана не им, именно он придал ей более глубокое духовное значение. Его понимание Грааля очевидно из следующей цитаты, которую мы ниже подробно проанализируем:

«Я знаю, что многие храбрые рыцари живут при Граале в Мунсальвеше. Они часто отправляются в путь и всякий раз на поиски приключений. Эти тамплиеры ищут искупления грехов, не заботясь о том, что станет им наградой — победа или поражение.

Там царит дух отваги, и я расскажу, откуда они берут силы.

Они черпают жизнь из чистейшего камня. Если ты еще не знаешь его название, я скажу тебе. Он называется 1ар$И ехИШ. Силой этого камня феникс сгорает в пепел, но из пепла же возрождается вновь. Вот как линяет феникс и сменяет оперение, которое становится столь же ярким, блестящим и красивым, как прежде».

Название /яр$й ехИШ из текста Эшенбаха переводили по-разному. Высказывались предположения, что это искаженная форма от lapis ex caelis (камень с небес) или lapsit ex caelis (упавший с небес), но чаще всего эти слова переводят как lapis elixir, то есть «философский камень». Последний вариант кажется наиболее правдоподобным, поскольку в произведениях Эшенбаха содержится много других намеков на алхимическую работу — например, в приведенном выше отрывке из поэмы о Парсифале упоминается феникс.

«Сколь бы тяжело ни был болен человек, однажды увидев этот камень, он проживет еще не меньше недели. И все это время он не будет угасать. И внешний вид человека, будь эго дама или же мужчина, в день, когда он увидит камень, станет таким же, как на заре лучших лет его жизни. И если он станет смотреть на камень двести лет, он все равно не изменится — разве что волосы поседеют. Такую силу дает человеку камень, что плоть и кости его снова обретают молодость. Этот камень называется Грааль».

В этих строках и между строками скрыто немало ценной информации, незаметной на первый взгляд. Во-первых, мы обнаружили, что «камень», о котором говорит Эшенбах, представляет собой метафору чего-то, на что пока еще не обратили внимания исследователи Грааля. С эзотерической точки зрения, «камень» Грааль (он же «философский камень») представляет собой просто камешек-косточку внутри плода* — вишни, персика, яблока, апельсина. Если кому-то это покажется странным, мы хотим напомнить, что камешек- косточка в центре плода содержит в себе семя, или эмбрион, из которого может вырасти новое плодоносное дерево. Чтобы глубже понять значение этой аналогии, нам следует повнимательнее разобраться в том, что было доступно пониманию алхимиков и чего они пытались достичь.

Одна из самых серьезных трудностей, встававших перед начинающим алхимиком, состояла в том, что он не знал, какое сырье выбрать для работы. Многие мастера алхимического искусства открывали перед новичком лишь тот факт, что «предмет» работы, или исходный материал, легко доступен и в глазах людей не представляет никакой ценности. Некоторые адепты утверждали, что предмет работы идентичен собственному вместилищу и представляет собой философское яйцо или яйцеобразный сосуд, откуда Камень должен вылупиться, как цыпленок4.

Это «философское яйцо или яйцеобразный сосуд» представляет собой тигель, где содержится «семя» — и это семя ассоциируется с ядром яйца.

Как, несомненно, известно многим читателям, великое алхимическое Делание имеет две составляющие:

1. Трансформация материи, когда дешевый материал, например свинец, превращается в благородное вещество, например в золото.

2. Работа над собой. В ходе этой работы алхимик пытается обрести опыт просветления, который изменит его сознание и жизнь. В этом причина, почему мы видим так много иллюстраций, изображающих мужчину и женщину, слитых в одном теле. Тут главное ударение делается на достижении своего внутреннего «душевного тела» — духовного «астрального сосуда». Считалось, что это тело андрогинно и нейтрально, — отсюда идея Эшенбаха о «нейтральных ангелах».

Как отмечает Ричард Кавендиш, эти две составляющие алхимической работы тесно взаимосвязаны:

«С духовной точки зрения, представляется очевидным, что предметом работы является сам алхимик. Ars Шит requirit hominem — «искусство требует всего человека».

Алхимик представляет собой и сосуд для работы, и материал внутри сосуда. Легкодоступный, не представляющий собой никакой ценности материал — это сама материя, а в отношении человека — тело и тесно связанная с ним животная природа. Внутри материи скрыт дух, или божественная искра, или лунная слюна, или звездное семя, или звездный мускус, — в общем, нечто упавшее с небес, купорос, содержащийся внутри человеческого существа»5.

«… Нечто упавшее с небес». Несомненно, Ричард Кавендиш говорит здесь о lapsit exillis, что, как мы уже говорили раньше, может быть искаженной формой от lapis ex caelis (камень с небес) или lapsit ex caelis (упавший с небес). Если так, то этот камень находится в нас — или, как говорит Кавендиш, «внутри человеческого существа». Иными словами, внутри человеческого сознания.

Для алхимика трансформация материи является отображением аналогичного процесса внутри него самого, и считается, что добиться чего-то одного без другого невозможно. Обе работы взаимно дополняют друг друга, ибо алхимики знали, что материя связана с сознанием и, в сущности, это одна и та же энергия. И еще они знали, что окружающая человека «материя» — то, что лежит непосредственно в сфере, или «пузыре» реальности каждого из нас,— несет на себе отпечаток энергии данного человека, энергии, исходящей из центра сознания. Если алхимику удастся отыскать центр («дух» или «душу») какого-то фрагмента материи, то он сумеет отыскать и свой собственный центр, свое «истинное я», а также источник Всего. ‘Гот же «центр», или семя, существует и в неодушевленной материи, в виде зародышевой эссенции, духа, — «купороса», — который также содержит в себе информацию о каждом отдельном элементе данного материального объекта, подобно тому, как в молекуле ДНК содержится генетический код биологической системы.

Алхимики верили, что если частицу материи растворить, очистить и превратить в эссенцию (но аналогии с методом растворения, используемым в гомеопатии),то можно получить доступ к «семени», или «центру-источнику», а затем воспользоваться им для трансформации элементов, составляющих материю. Отсюда возникло поверье о возможности превращения одних веществ в другие — например, свинца в золото.

Но что, если это всего лишь метафора, указывающая на более глубокую истину? Что, если центр-источник следует искать в себе? Не обретем ли мы способность, в большей или меньшей степени, изменять обстоятельства собственной реальности? Такая трансформация стала бы подлинным перерождением, поскольку она принесла бы с собой фундаментальные перемены в сознании. И еще алхимики верили, что можно стать «бессмертным», — ибо, осознав существование вечного центра-источника внутри себя, человек осознает собственную «бессмертную» природу. В то же время человек осознает, что мы все возрождаемся из одного и того же центра-источника, или «камня-косточки», — словно змей Уроборос, пожирающий свой хвост. Как говорит Эшенбах, «этот камень называется Грааль».

Но как можно заглянуть внутрь себя и увидеть что-то? Разумеется, это не следует воспринимать буквально. Скорее, нужно «заглянуть внутрь» умственным взором — заглянуть внутрь своего сознания. Как писал Петрус Бонус, автор алхимического трактата XIV века «Подлинная драгоценная жемчужина»: «Если даже этот фермент и невидим для глаза, его можно узреть умом»6.