«Реальны» ли эти «иные реальности», куда мы попадаем в гипнагогическом состоянии, или же они представляют собой всего лишь порождения сознания — вопрос второстепенный (между прочим, можно вполне обоснованно утверждать, что наша повседневная реальность есть порождение сознания). Однако необходимо подчеркнуть, что вхождение в эти миры возможно только через слияние противоположностей в пределах нашей души. Поскольку у большинства из нас душа постоянно остается разделенной, дополнительная энергия, необходимая для подобного опыта, не высвобождается, и неудивительно, что мы относимся к таким вещам скептически.

Смешение змеиного яда (смерть) и крови (жизнь) соответствует взаимоналожению противоположностей в гипнагогическом состоянии, когда мы одновременно и в равной мере бодрствуем (сознание) и спим (подсознание). Более того, в силу высокого содержания протеина этот эликсир обладает галлюциногенными свойствами — то есть также может провоцировать у человека гипнагогическое состояние. Два ингредиента эликсира также соответствуют двум змеиным энергиям, которые высвобождаются при опыте просветления кундалини и в кульмипационный момент этого опыта сливаются воедино в центре головы. (См. приложение П> «Квантовый Грааль и квантовый змей».)

На основании всего вышеизложенного становится ясно, почему требуется, чтобы мужчина объединился или достиг равновесия с фемининным началом в своей психике (ани- мой), а женщина — со своим маскулинным началом (ани- мусом). Это равновесие в человеческом сознании важно но многим причинам, ибо без такого равновесия одна половина — как правило, мужская — попытается доминировать над второй.

В недалеком прошлом мужские особи нашего вида считали необходимым сдерживать женское начало и подавлять (или, скорее, контролировать) женскую энергию, ощущая кроющуюся в ней потенциальную мощь. Поскольку все люди рождаются от женщины, мужчины верили, что женщина владеет секретами «пола», «жизни» и «смерти», а поэтому олицетворяет мудрость,свойственную всем этим трем аспектам нашего бытия. Мужчины хотели не только постичь эту мудрость, но и контролировать ее. Мужские религии достигли такого могущества отчасти именно в силу стремления мужчин завладеть фемининными но своей природе эмоциями человечества. Однако после многолетней власти этих мужских религий люди почувствовали, что они задыхаются под гнетом допматических общественных структур, которые сами же и создали. Они стали искать ответы на фундаментальные вопросы о природе человеческого бытия за пределами религии — в сфере физического. Это привело к наступлению так называемой эпохи Просвещения и воцарению науки.

Забавно, что, наблюдая физические феномены, люди выяснили, что противоположности типа мужское-женское обнаруживаются и при изучении физики, как на макро- космическом, так и на микрокосмическом уровнях, и дело тут нс только в «двойственной природе» реальности, но и в двойственности нашего восприятия. Иными словами, до тех пор, пока наш разум разделен надвое, мы не сможем постичь истинную природу мироздания — нам всегда придется преодолевать различные проблемы и парадоксы.

Здесь нам может помочь фемининное начало, поскольку подсознанию (которое по своей природе фемининно) ведомы значения, лежащие за якобы случайными процессами, наблюдаемыми сознанием (которое по своей природе маску — линно). При соединении этих двух противоположностей мы получаем целительную мудрость Грааля и возрождаемся для совершенно нового взгляда на мир. Вот почему Грааль также ассоциируется с романтикой, рыцарством и моральным кодексом, согласно которому фемининному началу придается не просто большое значение — оно оказывается неотъемлемым фактором духовного посвящения.

Такая реинтеграция психики на самом деле — лишь первый шаг в поиске Грааля, ибо цель этого поиска состоит в том, чтобы выйти за пределы двойственности и всех противоположностей. Древнее знание (в частности, то, которое содержится в восточных писаниях) предполагает, что некогда существовала тесная связь между сознательным (мужское) и подсознательным (женское) отделами психики и мужчины поклонялись женщине и фемининной энергии, — отсюда представления о Матери Мира и культы Богини. Именно такое тесное взаимодействие противоположностей отличает шаманов от остальных. На самом деле есть свидетельства того, что некогда все люди с рождения проявляли способности шамана и имели свободный доступ к иным уровням реальности через тесное взаимодействие двух отделов психики и двух полушарий мозга.

Как известно многим теологам, внутренняя мудрость и знание часто ассоциировались с женским началом, с шаманской Матерью Мира и языческой Великой Богиней, которые олицетворены в таких образах, как София у гностиков и древнеегипетская богиня Исида. Возможно, эти архетипы приходят к нам во снах, а также через зрительную и слуховую информацию, которую человек получает в гипнагогическом состоянии. Возможно также, что вся эта информация исходит из так называемого «коллективного бессознательного» — теорию о его существовании выдвинул и развил швейцарский психиатр Карл Густав Юнг. Кроме того, Юнг изучал алхимию и обнаружил, что алхимическая символика включает в себя многие мотивы (то есть образы и структуры), аналогичные тем, что встречаются в мифологии. Юнг назвал такие мотивы архетипами и пришел к выводу, что эти архетипы указывают на некие важные истины.

Анализируя сны пациентов, Юнг с изумлением обнаружил в них множество метафорических событий и ситуаций, в которых фигурировали визуальные образы, подобные символам, изображенным на иллюстрациях ко многим алхимическим трактатам. Кроме того, пациенты нередко видели во снах культовые изображения и символы различных религиозных, мифологических и эзотерических традиций мира. Таким образом, коллективное бессознательное представляет собой некое «месторождение» энергии-информации, где находятся базовые структуры или память нашей расы в виде постоянно всплывающих в человеческом сознании символов, или архетипов. Если бы об идеях Юнга узнали древние египтяне, они бы заметили,что его «коллективное бессознательное» напоминает их Дуат (или Туат) — подземный мир, где «живут» умершие. Нечто подобное есть в мифологиях многих культур во всем мире. Однако с нашей точки зрения называть эту область «коллективным бессознательным» не совсем верно. Скорее тут речь идет не о «бессознательном», а о подсознании. Слово «бессознательное» подразумевает, что мы не имеем ни малейшего представления об этом скрытом внутреннем царстве, а это не вполне точно, поскольку мы часто подсознательно ощущаем архетипы, ибо они занимают огромное место в нашей душе.

Что касается снов современного человека, то в нашем подсознании всегда присутствуют истории, мифы и легенды, восхищавшие и будоражившие нас в детстве. Иногда мы вплетаем их в нормальную повседневную жизнь и ориентируемся на них в своих действиях, поскольку в этих мифах отражены наши мечты, надежды и желания. Даже в том имидже, который мы пытаемся создать себе, узнаются черты тех или иных богов, героев и героинь, о которых мы слышали и читали или же видели их на сценах и экранах. Таким образом, мифологический уровень представляет собой также и царство воображения, где невозможное становится возможным. И поэтому второй, мифологический уровень бывает так сложен для понимания — ведь нередко присутствующая на этом уровне информация принимает вид сюрреалистических, похожих на сновидения событий, наполненных загадочными метафорами и символами, которые свойственны снам и видениям и ассоциируются с подсознанием.

Образ змеи несет ту или иную символическую нагрузку в самых разных культурах во всем мире и, таким образом, является одним из важнейших архетипов. Хотя нередко она обозначает зло, которое следует преодолеть инициируемому или герою, змея также служит символом жизненной силы как таковой. Именно поэтому символ змеи является универсальным. Он представляет собой важный архетипический ключ к информации и знаниям как первого, так и третьего уровня Грааля.